С каких самолетов прыгают десантники

С каких самолетов прыгают десантники

Ощущения от второго по счету прыжка с парашютом в основном схожи как у тех, кто не имеет отношения к ВДВ, но занимался (или занимается до сих пор) парашютным спортом, так и у служивших в «войсках дяди Васи».

«Меня вообще . ло мощно»

Главный редактор sports.ru Александр Аксенов прыгал с Ан-2, будучи 15-летним подростком. Аксенов рассказывал о втором прыжке с использованием обсценной лексики, описывая ощущения, которые испытывали его ровесники и он сам перед выходом из самолета «в открытый космос». Он говорил, что парни «наконец-то воткнули: отрываться от порога страшно, и все [были] в теме ожидаемой жести». «Меня вообще . ло [трясло со страху] мощно».

Аксенов вспоминал: первым ощущением после «отрывания от порога» был колотящий по голове и ногам ветер, заставлявший очень быстро кружиться в воздухе – жуть как страшно: адреналин работает уже не так как в первый раз. Один из парашютистов, разрыдавшись перед самым «выбросом», вообще отстегнул парашют, зная, что без него из Ан-2 наружу точно не вытолкнут.

Людмила Ремина (Куропятник), мастер спорта по прыжкам с парашютом (5 тысяч прыжков), тренировавшаяся в Центральном спортивно-парашютном клубе ВДВ (Рязань), спортивно-парашютных командах ВВС Киевского военного округа, РВВДКУ имени В. Ф. Маргелова, описывая ощущения от своего второго прыжка, говорит, что «. было очень страшно, от мыслей, что будешь испытывать в воздухе во время полета, страх впереди бежит».

В самолете перед выходом ноги Реминой стали деревянными и ей было трудно превозмочь себя, чтобы прыгнуть. «На первом прыжке мы идем узнать, как там, в небесной выси, а на втором прыжке как подумаешь, что там будет, душа в пятки сразу прячется. а на третьем прыжке понимаешь, что не так уж и страшно. », вспоминала парашютистка.

Инструктор по тандем-прыжкам Рустам Ильясов также соглашается с тем, что второй прыжок с парашютом самый страшный: он осознанней первого – человек уже понимает, что его ждет, и в голове срабатывает «предохранительный механизм»: «Может, не стоит?». Однако, преодолев этот ступор, парашютист после раскрытия купола вздыхает воздух полной грудью и начинает кайфовать.

Аналогичного мнения придерживается также чемпион мира по парашютному спорту Игорь Пугачев: второй прыжок он называет преодолением страхов, связанных с пониманием и осознанием происходящего.

«Первый раз – еще на полуавтомате. »

Так считает инструктор по прыжкам Александр Севостьянов (в личном арсенале более полутора тысяч прыжков), в свое время отслуживший в разведроте ВДВ — элитном подразделении воздушно-десантных войск. У Севостьянова до армии уже было порядка 30 прыжков (занимался в ДОСААФ).

По словам десантника, в первый раз человек прыгает «на полуавтомате», ничего еще не понимает, механически воспроизводя команды наставника. А уже во второй раз парашютист десантируется, имея опыт ощущений пилотного «катапультирования», что гораздо страшнее – приходит понимание: в воздухе может случиться всякое.

Один из самых известных российских десантников, политик и общественный деятель Сергей Миронов в первый раз в армии прыгал с парашютом, когда его призыв десантировался уже во второй раз по счету (Миронов натер ногу и не попал вместе со всеми). В своем блоге в Livejournal Миронов описал свой первый опыт. Ощущения были восторженные, автор почувствовал себя настоящим десантником и даже закричал от счастья. К слову, повторно Сергей Миронов прыгнул в тот же день, и «. вновь испытал то же самое необыкновенное счастье и радость от второго в моей жизни прыжка. ». Никакого мандража, по словам автора, он на этот раз не почувствовал.

Еще один десантник, не поименованный изданием «Вечерний Бишкек», киргизский ветеран ВДВ, служивший в воздушно-десантных войсках в Советской Армии (в современном Киргизии аналога ВДВ нет) на праздновании 83-й годовщины со дня образования «войск дяди Васи» вспоминал, что у них в подразделении, случалось, десантировавшихся во второй раз сослуживцы . выбрасывали за борт транспортного Ил-76 – сами «повторники» «не решались кинуться в бездну». Потом уже таких эксцессов не было – прыжки происходили сами собой.

Читать еще:  В какой стране самые вкусные десерты

Купола и крылья: топ-5 парашютов российской армии

Двенадцатого июня стало известно, что в России началась разработка новой парашютной системы «Шелест», которая должна прийти на смену самой распространенной парашютной системе российских десантников Д-10. Сайт телеканала «Звезда» рассказывает о парашютных системах, которые уже эксплуатируются российскими военными или находятся в шаге от принятия на вооружение.

Д-1. Самый надежный

Первый самостоятельный шаг в небо каждый российский парашютист начинает с десантного парашюта Д-1. Из-за его тяжести — 17,5 килограммов — за парашютом закрепилось прозвище «Дуб». В советское время он был самым массовым парашютом, применявшимся для тренировочных прыжков начинающих парашютистов. Собственно, таковым он остается и по сей день.

Отличительными чертами этого парашюта являются простота и надежность. Минимальная высота прыжка с Д-1 (при условии немедленного введения в действие) из летательного аппарата на скорости 180 километров в час составляет всего 150 метров. Скорость снижения в среднем не превышает пяти метров в секунду, а скорость горизонтального смещения составляет около двух с половиной метров в секунду.

Считается, что парашюты с круглым куполом практически неуправляемы. Однако современная модификация «Дуба» Д-1-5У имеет специальные прорези на куполе, благодаря которым парашютист может маневрировать по горизонтали во время снижения.

Д-10. Основной купол

«Десятый» является основной парашютной системой ВДВ. Д-10 предназначен как для тренировочных, так и для боевых прыжков. Его конструкция позволяет десантироваться с полным комплектом вооружения и снаряжения из всех типов военно-транспортных самолетов: Ил-76, Ан-22 и Ан-26, даже из «кукурузника» Ан-2, а также из вертолетов Ми-8 и Ми-26.

Единственное ограничение — это масса десантника, которая не должна превышать 150 килограммов. Максимальная высота, с которой можно совершать прыжок с Д-10 составляет четыре километра, а минимальная — 200 метров. В зависимости от высоты, на которой происходит выброска парашютистов, ввод в действие Д-10 может осуществляться сразу же после отделения от летательного аппарата или с задержкой.

При массовом десантировании ВДВ можно наблюдать, как бойцы, выпрыгнув из нутра транспортника Ил-76, несколько мгновений летят практически в свободном падении, вместо большого купола за их спинами трепещет маленький стабилизирующий парашют. Через три секунды десантник дергает за кольцо и раскрывает ранец с основным куполом. Если парашютист этого не сделал, за него «дернет кольцо» специальное устройство — страхующий парашютный прибор.

«Арбалет-2». Первое крыло

Первые управляемые купола-крылья появились в парашютно-десантных подразделениях российской армии в составе парашютной управляемой системы специального назначения «Арбалет-2». Главной особенностью «Арбалета-2» является то, что он позволяет привести купол в заданную ограниченную площадку приземления, обеспечить безопасное приземление и приступить к выполнению задач.

Эта система обеспечивает безопасное выполнение прыжков при полетной массе парашютиста со спецснаряжением до 150 кг в диапазоне температур воздуха у земли от -35 до +35 градусов по Цельсию, на скорости полета воздушного судна в момент десантирования до 350 километров в час. Примечательно, что основная и запасная парашютные системы с планирующими идентичными девятисекционными куполами размещаются в одном наспинном ранце и имеют общую подвесную систему.

Конструкция подвесной системы позволяет размещать на ней дополнительное снаряжение массой до 50 килограмм в отдельном грузовом контейнере с автономной парашютной системой УГКПС-50.

«Стайер». Универсальная доставка

Еще одной российской парашютной системой спецназначения, используемой в военных целях, является «Стайер». Также как и «Арбалет-2», она состоит из двух (основной и запасной) девятисекционных куполов с общей подвесной системой.

«Стайер» предназначен для десантирования специальных подразделений с высот 400-8000 метров. При скорости летательного аппарата до 255 километров в час купол можно раскрывать сразу же после отделения, если же десантирование происходит на скорости в 350 километров в час, то ввод купола в действие происходит с задержкой пять секунд и более.

Подвесная система «Стайера» имеет возможность крепления грузового контейнера спереди, а также возможность крепления на ней вооружения и другого оборудования парашютиста. Также она дает возможность совершения прыжка в тандеме. Это позволяет, при необходимости, доставить на место проведения спецоперации конкретного специалиста, не имеющего опыта прыжков — авианаводчика, корректировщика артиллерийского огня или врача.

Сегодня парашютные системы «Стайер» используются в специальных подразделениях российских силовых структур. В частности, они применяются в парашютно-десантной подготовке спецназа войск национальной гвардии РФ «Витязь».

«Штурм». Секунды до приземления

Наряду с «Шелестом» в России создана еще одна перспективная система — уникальный безранцевый парашют «Штурм» для спецназа ВДВ. С ним бойцы смогут десантироваться с высоты 70-80 метров. Его особенность следует из описания — «Штурм» не имеет ранца, купол в специальном мешке закреплен в салоне самолета и крепится на десантника облегченной подвесной системой.

Читать еще:  О чём сказка королевич и его дядька

Главное назначение «Штурма» — сократить время на десантирование бойцов. Одним из вариантов его применения может быть высадка десанта на хорошо укрепленные позиции противника после огневого воздействия на них. Например, при выброске с борта ударно-транспортного вертолета Ми-8АМТШ эта машина может нанести удар по вражеским позициям, а до тех пор, пока противник придет в себя, у него на позициях уже окажутся десантники.

Между тем, при всей отработанности, парашютная система «Штурм» еще не принята на вооружение ВДВ. Продолжается проработка тактики ее применения в боевых условиях.

Правда о прыжках с парашютом советских десантников

Служба в рядах ВДВ овеяна мифами и легендами. Это в очередной раз показала публикация моих статей на эту тему:

Точнее не сами статьи, а комментарии читателей к ним. Часть комментариев относилась к воздушно-десантной подготовки бойцов, то бишь как они прыгали с парашютом. В т.ч., из разряда мифов. Например, что десантникам не положен запасной парашют, что приборы на парашюты не устанавливают и т.п.. Правда и то, что перед службой я и сам был в плену мифов о прыжках с парашютом и подготовки к ним.

Расскажу о своем опыте и наблюдениях. Перед службой, как и многие советские десантники, я прошел трехдневную подготовку на аэродроме ДОСААФ и совершил три прыжка с парашютом с борта АН-2 (кукурузник). Были сослуживцы, которые совершали перед службой десятки и сотни прыжков. К примеру, у меня в отделении в учебке всего лишь у одного бойца не было прыжков до службы. У одного – 700, у другого под 300 (спортсмены из Таганрога), у двоих парней из Дагестана по 7о и 25 соответственно. Остальные – с тремя прыжками.

Я думал, что в армии совершу десятки и сотни прыжков, и ночью, и на воду, и с большой высоты, и с малой и т.п. Что буду крутиться на лопинге как в кино. Реальность оказалось другой. Однако мне повезло в каком-то смысле. Я уже писал, что служил я в четырех частях, в шести подразделениях, включая разведку. Отчасти именно поэтому в моей дембельской характеристики написано, что за время совершения службы совершил 27 прыжков с парашютом. Это больше чем положено за два года.

Сколько прыгали советские десантники за срочную службу?

На сколько я помню, норматив был 6 прыжков с парашютом в год. По 3 за учебный сезон. Но по факту получалось и меньше. Человек мог болеть (например откосить или реально болеть), находиться в наряде или в карауле. Или тупо могли быть проблемы с обеспечением прыжков. И тогда программа сокращалась до трех прыжков в год. У офицеров по-моему норматив был 12 раз за год. Тогда выплачивалась 20%-я надбавка к окладу «за войска». Срочникам также платили за каждый прыжок, причем учитывалась и сложность – с оружием, ночные прыжки и т.п.

Кто мог напрыгать больше нормы? Те, кто относился к службе воздушно-десантной подготовки. Туда брали в основном спортсменов. В одной из частей был также что-то типа парашютного клуба, члены которого прыгали больше. Также больше положенной нормы совершали прыжки разведчики. Ну и кто сильно хотел. Например, я не сильно хотел, но прыгал, поскольку от денег не отказывался. Совершать прыжки можно было (хотя это и грубейшее нарушение) за того парня. Я прыгал за нашего прапорщика в годах, прошедшего Афган. И он честно отдавал мне деньги за прыжки. Поэтому когда говорят о сотнях или десятков прыжков во время службы в ВДВ, я начинаю сильно сомневаться.

С каких самолетов и вертолетов совершали прыжки?

Лично мне удалось с самолетов АН-2 и ИЛ-76, а также с вертолетов МИ-6 и МИ-8. Но так за срочную службу мало кто прыгал. Даже далеко не все офицеры совершали прыжки с разных вертушек. Тут играла специфика. В дивизиях – это АН-2 и ИЛ-76. В ДШБ были вертолеты. Например, в 39 ДШБ был МИ-8, а в 37 ДШБ – МИ-6. Где-то прыгали еще с АН-12, но у меня опыта не было.

Естественно, что напрыгать больше нормы можно было только при прыжках с вертолетов и АН-2. Прыжки с ИЛ-76 – это масштабное мероприятие. Поэтому, если слышите от человека, что он за срочную службу напрыгал мильен прыжков с бортов всего что летает, то как правило, это трепло.

Читать еще:  Как сделать стрелки на брюках

Как прыгали?

В комментах к своим статьям я читал, что прыгали без запасного парашюта. Не было такого. Слишком опасная тема в мирное время, а операций с десантированием в локальных войнах СССР не проводил. Хотя теоретически предусматривалось, что в боевых действиях на сверхмалых высотках 200 метров и меньше прыжки без запаски. Основная высота для десантирования 600-1000 метров. Выше прыгала только разведка, но и купола для этого другие применялись. Ниже могли тоже, например, из-за погоды. У нас однажды так и было – около 500 метров десантирование.

Другой миф – прыжки без прибора, типа вообще их не было. Это реальный миф. Я сам был внештатным прибористом противотанковой батарее 39 ДШБ благодаря чему прохалявил однажды 3 дня на курсах прибористов, пока народ в полях гонял.

Штатный прыжок был с оружием и РД-54. Хотя были прыжки и налегке. Ночные прыжки были редкостью. Внутри техники также не десантировались, но укладку совершали. Прыжков на воду также не было, но к ним были подготовлены. Это затратная и опасная тема, требующая больших организационных усилий. К примеру, летом 2019 года в Крыму утонули два бойца при десантирование на воду. Это сейчас, когда с техникой попроще.

Гибель солдат и допустимый процент потерь при прыжках

Еще до армии слышал, что при прыжках с парашютом есть определенный процент допустимых потерь. Звучала цифра и 3% и 0,3%. Вторая возможно и ближе к истине особенно при массовом десантирование частей с Ил-76, поскольку высок риск сближения парашютистов, а также играет роль подготовка бойцов, которая далеко не одинаковая у всех подразделений, но прыгать они обязаны. При мне погиб лишь прапорщик и то по причине того, что решил на ноги приземлиться, а не с кувырком. В итоге попал на кочку и о камень головой. Неоднократно был свидетелем открытия запасного парашюта как по делу, так и по тупости. Помимо этого, видел как у бойцов стропы скручиваются. Как попадали на деревья (ветер сносил от площадки приземления). Но у самого все было в штатном режиме.

Примечательно, что за мужество, проявленное при внештатных ситуациях во время десантирования, полагалось поощрение, вплоть до краткосрочного отпуска. Но любая внештатная ситуация влекла за собою разбор, вплоть до возбуждения уголовного дела. Был свидетелем по такой. После одного из происшествий – во время ночных прыжков у офицера не раскрылся вытяжной купол, но он успел запаску открыть, нас повезли к летунам и рассадили в вертолет, восстанавливая ход событий. Кто-то отцепил карабин вытяжного купола.

Вообще при прыжках безопасность определяют уровень подготовки бойца, правильная укладка парашюта, а также дисциплина и организация прыжков. Именно высокий уровень подготовки и организации ВДВ, которые заложил еще Василий Маргелов, сделали эти войска легендой, достойной славы.

Страх при прыжках с парашютом

Он был и есть у большинства десантников. Есть даже поговорка – не боится только дурак, но их всегда хватало. Я вообще высоты с детства боюсь, хоть и в горах вырос. По скале забраться мог отвесной, а вот к краю обрыва никогда не подхолдил. Только если надо лезть вверх или вниз, чтобы дорогу сократить. Понимаю сейчас, что раз 20 мог убиться, когда в одиночку по горам шлялся. Но это всегда был контролируемый страх.

Особый мандраж при прыжках с парашютом был когда начинался учебный сезон. Первый прыжок в сезоне – всегда самый страшный. Кстати, первый в жизни прыжок – это не так страшно. Самым страшным как правило является второй прыжок. Вот поэтому минимально необходимо перворазнику три прыжка совершить.

О страхе особо мне вдался эпизод. Мне повезло служить с некоторыми легендами ВДВ в одной части. Так сложилось, один из офицеров-легенд (к тому времени у него вся грудь в орденах была после Афгана) прыгали с МИ-8. Причем я был старшим борта. Стоим вместе у открытой рампы. Вертушка поднимается, а внизу коровы, овцы пасутся. Я ему ору типа – товарищ майор, шашлык какой хороший, а вижу по реакции страх в глазах. Но он мужественно стоит у открытой рампы. Также контролируемый страх.

Так что настоящий десантник никогда не скажет, что он не боялся прыгать с парашютом.

А вы прыгали с парашютом? Если нет, то хотели бы?

Если Вам понравилась моя статья, то обязательно поставьте отметку «нравится», нажав на символ с большим пальцем вверх!

Источники:

Почему десантники ВДВ называют самым страшным второй прыжок

http://tvzvezda.ru/news/opk/content/201806141834-w0xq.htm

http://zen.yandex.ua/media/stebtor/pravda-o-pryjkah-s-parashiutom-sovetskih-desantnikov-5dbe17b7fc69ab00aef7dedc?feed_exp=ordinary_feed&from=channel&rid=3788251030.511.1572845641177.96309&integration=publishers_platform_yandex

Ссылка на основную публикацию
Статьи на тему:

Adblock
detector
×
×
×
×